Пушкинский музей

Учебное собрание слепков с античной и ренессансной скульптуры — замысел Ивана Цветаева, по полноте не имеющий аналогов; фаюмские портреты; вещи из «клада Приама», найденного Генрихом Шлиманом в Трое; египетская коллекция. Французская живопись XIX–XX веков — в Галерее на Волхонке, 14.
Три часа.
- 20 минутИтальянский дворик и Греческий дворик: слепки, ради которых музей и строился.
- 30 минутзалы 1–3, Древний Египет и Передняя Азия, саркофаги и мумии.
- 30 минутзал 7, «клад Приама» из раскопок Шлимана в Трое, и рядом античный зал.
- 40 минутзалы 9–13, старые мастера: итальянцы, голландцы, фаюмские портреты в зале 8. час — Галерея искусства стран Европы и Америки на Волхонке, 14: импрессионисты, Матисс, Пикассо. Билет туда отдельный, и без него в главном здании французов нет.
Справка
М. И. Цветаева, «Отец и его музей» — о том, как и зачем это собрание слепков было построено, написано дочерью его основателя.
Но мечта о музее началась раньше, намного раньше, в те времена, когда мой отец, сын бедного сельского священника села Талицы, Шуйского уезда, Владимирской губернии, откомандированный Киевским университетом за границу, двадцатишестилетним филологом впервые вступил ногой на римский камень. […] «Вот бы глазами взглянуть!» Позже же, узрев: «Вот бы другие (такие же, как он, босоногие и „лучинные“) могли глазами взглянуть!» Мечта о русском музее скульптуры была, могу смело сказать, с отцом сорождённая.
| Пн | выходной |
| Вт, Ср, Вс сегодня | 10:00–20:00 |
| Чт, Сб | 10:00–21:00 |
| Пт | 11:00–21:00 |
Дорога — частично. «Кропоткинская» без лифта. Ближе всего подъехать по Волхонке, у музея есть места для высадки. В московском метро лифтов до платформы почти нигде нет, кроме станций Большой кольцевой линии и МЦК. На коляске надёжнее наземный транспорт: низкопольные автобусы ходят по всем маршрутам центра.
Более семисот предметов: скульптура и живопись российского буддизма, почти целиком не выставлявшаяся прежде. К открытию отреставрировали свыше ста скульптур.
Если в Пушкинском вас увели фаюмские портреты, на Никитском бульваре начинается тот же Восток — но не через Египет, а через Среднюю Азию, Кавказ и Иран.
Если у слепков вы поймали себя на мысли, что подлинник важнее копии, — в Лаврушинском всё подлинное, и там видно, чего это стоит.