Как мы работаем

Музеем мы считаем не только собрание под крышей. Дом-музей, усадьба, монастырь-музей, историко-архитектурный ансамбль и исторический парк стоят здесь наравне с картинной галереей: у каждого есть подлинное — вещь, здание или среда, — хранитель и порядок показа. Исторический парк мы считаем музеем де-факто: экспозиция у него под открытым небом, подлинность и хранение те же. Оценка при этом говорит о том, ради чего туда идут. Касса у входа к делу не относится.

Шкала у нас своя, и говорит она об одном — о том, ради чего ходят в музей. Где есть собрание, оценка говорит о собрании. Где собрания нет, а здание, ансамбль или памятник первого ряда, она говорит о них и о том, что показывают в их залах. Ни очередь на улице, ни громкость имени в неё не входят.

мирового значения

Того же ряда, что лучшие музеи мира.

выдающийся

Ради него приходят отдельно.

значительный

Есть то, ради чего стоит прийти.

для увлечённых

Отвечает тому, кто пришёл за самой темой.

узкий интерес

Ценно узкому кругу и за его пределами не признано.

Кроме оценки у музея бывают четыре знака. Оценку они не меняют и говорят о другом — о свойстве, для которого в пяти положениях места нет. Знак ставится только там, где его подтверждает то, что мы сами сверили и записали в карточке.

недооценённый

Ценность выше известности: об этом знают меньше, чем оно заслуживает

единственный в своём роде

Аналога нет: такого больше нет ни в стране, ни в мире

требует подготовки

Без прочитанного заранее это читается орнаментом; зато с прочитанным открывается целиком

здесь тихо

Толп не бывает: смотреть можно в своём темпе и в одиночестве

Отзывы

Отзывов на музей три, и они разного рода: похвала, описание, критика. У каждого стоит имя автора, издание, год и страница. Больше трёх на музей мы не ставим; три похвалы подряд тоже не ставим — из трёх похвал получается витрина.

Звёздочка Бедекера

У Бедекера звёздочка стояла при самой вещи, и у нас она стоит там же — при той единственной, ради которой стоит прийти, даже если больше ничего не успеть. Ею же помечен и весь разряд «Что смотреть».

Дата у каждого разряда своя

Часы, цена, адрес и доступность сверяются порознь, и у каждого разряда своя дата и свой источник. В подвале карточки стоит самая старая из них: справочник меряется по худшему своему сведению.

Сроки пересмотра

Выставки пересматриваются раз в неделю, часы раз в три месяца, адрес раз в год. Всё, что старше своего срока, помечается само и становится очередью работы.

Что почитать

Где о собрании написана книга, мы называем её с выходными данными и с номером издания, который можно скопировать одним нажатием.

Снимки

Под каждым имя автора и лицензия; берём только свободные лицензии Викисклада, а FAL и CC SA 1.0 оставляем, потому что по ним нельзя ручаться перед тем, кто нас перепечатает.

Надёжнее всего письмо музея или разговор с ним, затем сайт музея, затем открытые источники. Часы, цену, адрес, состав собрания и доступность мы сверяем порознь, и у каждого разряда своя дата; она стоит в карточке рядом с тем, чем сверяли, так что у одной записи часы могут быть вчерашние, а цена месячной давности. Разряды пересматриваются каждый по своему сроку: выставки раз в неделю, часы раз в три месяца, адрес раз в год. Часы и цены стареют быстрее прочего, и всё, что старше трёх месяцев, помечается само и становится очередью работы.

Отзывов посетителей здесь нет. Их довольно везде, и говорят они о настроении пришедшего, тогда как нам нужно суждение о самом музее. Вместо них мы приводим суждения тех, кто об этом музее писал, — с именем автора, изданием и годом, чтобы каждое слово можно было проверить. Платного размещения тоже нет: ни место в списке, ни оценку купить нельзя, и это единственное, что мы обещаем вперёд.

Запись о музее устроена как catalogue raisonné: у каждой вещи одно и то же место в описании, свой номер и своя дата. Оттого у всех записей один набор полей и один порядок, и читать их можно подряд, сравнивая строку со строкой. Работа идёт вручную и медленно: мы пишем музеям, читаем описи фондов, ведём переписку с теми, кто составляет такие своды.

Каталог ведёт небольшой круг людей, чьи имена мы не раскрываем; за проект отвечает Michael Grinzaid. Отбор, оценка и всякое суждение принадлежат составителям каталога; «редакции» за ними нет. Сведения от музея мы принимаем со вниманием, и по фактам письмо и сайт музея для нас источник высшего порядка, но решение остаётся за нами: музей не может поднять себе оценку, снять критическое суждение или потребовать, чтобы мы убрали строку о том, чего у него нет.

Напишите — поправим и поставим новую дату сверки. Каждая цифра и дата на этих страницах сверены нами, и ошибка, о которой сказали, стоит дешевле той, которую никто не заметил.

Русский, английский, нидерландский и французский здесь равны: ни один не «основной». Перевести страницу не значит перевести её слова — у каждого языка свои отзывы, свои сравнения и свой голос. Подлинное имя музея не переводится никогда.